Occultus

«Пока не установилось равновесие, лицо не видело лица». Так сказано в самой священной из книг древней каббалы. Одно из упомянутых здесь лиц — Макрокосм, второе — Микрокосм. Как уже было сказано выше, цель всякой магической церемонии — соединить Макрокосм с Микрокосмом. Здесь, как и в оптике, угол падения равен углу отражения. Необходимо привести Макрокосм и Микрокосм в точное равновесие как по вертикали, так  и по горизонтали, а иначе образы не совпадут.

Маг утверждает это равновесие, подготавливая убранство Храма. Не должно быть никакой асимметрии. Если что-то находится на севере, то на юге следует поместить нечто равноценное, но противоположное по сути. Это правило настолько важно и смысл его настолько очевиден, что ни один человек, обладающий хотя бы посредственными способностями к Магии, ни на мгновение не потерпит в убранстве Храма неуравновешенного предмета. В нем тотчас же пробудится инстинктивное возмущение. Потому-то так тщательно выверяются соотношения размеров между магическими орудиями, Алтарем, магическим Кругом и самим Магом. Негоже, если Чаша будет как наперсток.Расположение орудий на Алтаре должно выглядеть уравновешенным. Не должно быть никакой асимметрии и в атрибутах Мага. Если в правой руке Маг держит Жезл, то в левую пусть возьмет Кольцо, Анх, Колокол или Чашу. Совершив движение вправо, сколь угодно незначительное, пусть уравновесит его таким же движением влево, а движение вперед — движением назад; и пусть уточняет всякую мысль предположением, что в ней содержится мысль противоположная. Призывая Суровость, пусть упомянет, что Суровость есть орудие Милосердия; призывая Постоянство, пусть покажет, что основанием Постоянства являются непрерывные Перемены (так, стабильность молекулы поддерживается быстрым движением составляющих ее атомов).
Итак, пусть всякая мысль, подобно сторонам треугольника, опирающимся на две противоположности, восходит к вершине, преодолевая противоречие между ними  высшей гармонией.
Мысль, не уравновешенную и не уничтоженную таким образом, использовать в Магии небезопасно.
То же относится, опять-таки, и к самим магическим орудиям: Жезл должен быть готов превратиться в Змея, Пантакль — во вращающуюся Свастику или Диск Юпитера, как если бы ему надлежало исполнить функции Меча. Крест — это одновременно и смерть «Спасителя», и фаллический символ Воскресения. Сама Воля должна быть готово достичь своего зенита в отказе от Воли: стрела устремления, посланная против Святого Голубя, должна преобразиться в Изумленную Деву, почуявшую во чреве своем первый толчок того же Божьего Духа.
Всякая мысль, которая одновременно является и положительной, и отрицательной, и активной, и пассивной, и мужской, и женской, достойна существовать выше Бездны; но всякая мысль, не уравновешенная таким образом, пребывает ниже Бездны и заключает в себе безусловную двойственность или ложь, в меру которой клипотична и опасна. Даже сама идея «истины» небезопасна для того, кто не понимает, что всякая Истина в некотором смысле есть ложь. Ибо всякая Истина относительна и ведет к заблуждениям того, кто счёл её абсолютной. В связи с этим стоит внимательно и усердно изучить «Книгу Лжи, название которой ложно» («Liber 333»). Кроме того, следует обратиться к работам «Konx Om Pax», «Введение» и «Тянь Дао», содержащимся в том же томе.
Все вышесказанное должно выражаться как в самом тексте ритуала, так и, символически, в каждом совершаемом действии.

II

В старинных книгах по Магии утверждается, что всё, чем пользуется Маг, должно быть «девственным». Иначе говоря, всё это должны быть вещи, которые прежде никто еще не использовал ни для какой цели. Древние Адепты придавали этому огромное значение, поэтому задача Мага существенно усложнялась. Магу нужен был Жезл; чтобы вырезать и обстругать его, нужен был нож. Нельзя было просто купить новый нож  — Маг должен был смастерить его самостоятельно. Но чтобы сделать нож, требовалось множество других вещей, изготовить которые, в свою очередь, не удалось бы без прочих подсобных материалов и инструментов, еще более многочисленных, и так далее. Все это свидетельствует о невозможности полностью обособиться от окружающей среды. Даже в Магии нельзя обойтись без посторонней помощи.
Но смысл этой старинной рекомендации еще глубже, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что орудие оказывается тем полезнее, чем больше усилий и трудов вы в него вложили. «Свой глаз — алмаз, а чужой — стекло». Нет никакого смысла нести эту книгу в мастерскую и заказывать убранство Храма по приведенным здесь инструкциям. Если Ученику нужен Меч, пусть он сам добудет железную руду из земли, сам расплавит ее на самодельном угле и своей рукой выкует орудие, — его труды окупятся сторицей. Более того, пусть не поленится самостоятельно синтезировать купоросное масло и вытравить с его помощью необходимые знаки на клинке. Пытаясь изготовить подлинно «девственный» Меч, он приобретет массу полезных умений; он постигнет взаимозависимость между вещами; слова «гармония Вселенной», которые так часто, так бессмысленно и тупо повторяют заурядные апологеты Природы, перестанут быть для него пустым звуком; и, наконец, он поймет, как на самом деле действует закон кармы.
Ещё одно предписание старинной Магии, достойное нашего внимания, гласит, что всякий предмет, вовлеченный в Работу, должен быть единичным. Так, ветвь для Жезла следует срезать одним ударом ножа. Это означает, что у Мага не должно быть никаких сомнений и колебаний: он должен действовать решительно и ловко. Если вы решили нанести удар, бейте изо всех сил! «Все, что может рука твоя делать, по силам делай». Если вы собрались заниматься Магией, то помните: никаких компромиссов! Взявшись делать революцию, не обойдешься розовой водичкой; и цилиндр в драке не подмога. Очень скоро вы поймете, что выбор небогат: либо расстаться с цилиндром, либо прекратить драку. Большинство людей делают и то, и другое. Они вступают на путь Магии, не обдумав все как следует и не обретя той непреклонной решимости, с которой автор этой книги, принося свою первую клятву, воскликнул: «PERDURABO!» — «Претерплю до конца!». Они бросаются вперед очертя голову, но очень скоро замечают, что испачкали туфли. Казалось бы, самое время проявить настойчивость — но нет! они поворачивают назад и возвращаются на Пиккадилли. И если после этого даже уличный мальчишка готов поднять их на смех, то кому им сказать за это спасибо, как не себе?
Еще одна рекомендация гласила: все, что может понадобиться для магической работы, покупай, не торгуясь!
Не пытайтесь соизмерять стоимость несопоставимых вещей. Простейшее из Магических Орудий бесконечно ценнее всего вашего имущества — или, если угодно, всего того, что вы по глупости считаете своим имуществом. Стоит лишь нарушить это правило, и вас постигнет обычная судьба всякого нерешительного человека. Вы не просто останетесь без хороших орудий, но и потеряете так или иначе те деньги, которые вам якобы достало благоразумия сберечь. Помните об Анании ¹⁹!
Напротив, купив нужную вещь, не торгуясь, вы обнаружите, что продавец вручил вам впридачу Фортунатову мошну. До какой бы крайности вы ни дошли, в последний момент ваши затруднения разрешатся. Ибо всякая сила под сводом небесным, в эфире и на земле, под землей, на суше и в море, в вихре воздуха, в беге огня, и всякая чара, и всякий бич Божий склонятся пред волею Мага в час нужды! То, чем он владеет, не принадлежит ему; но сам он — таков, каков он есть, и будет таким, каким станет. И ни Бог, ни Человек, ни все коварство Хоронзона не остановят его и не заставят отклониться от Пути ни на мгновение. Таковы заповедь и обетование, которые даются каждому Магу. И кто исполнит эту заповедь, тот непременно получит обещанное.

III

Ко всем действиям применимы одни и те же формулы. Процесс призывания Бога — то есть возвышения себя до состояния Божественности — подразделяется на три стадии: ОЧИЩЕНИЕ, ОСВЯЩЕНИЕ и ПОСВЯЩЕНИЕ.
Через эти же три стадии должно пройти каждое магическое орудие и даже каждый предмет храмового убранства. Процесс всегда одинаков — различия присутствуют лишь во второстепенных частностях. К примеру, сам Маг очищается, соблюдая целомудрие и воздерживаясь от всякой скверны. Но для того, чтобы очистить, допустим, Чашу, следует удостовериться, что металл, из которого она изготовлена, прежде не употреблялся ни для каких других целей; поэтому мы берем для нее «девственную» руду и прилагаем все усилия, чтобы довести металл до совершенной чистоты — в химическом смысле этого слова.
Все вышесказанное по этому поводу можно кратко подытожить так: со всяким предметом, который будет использоваться в магической операции, следует обращаться так же, как с соискателем посвящения. В тех частях ритуала, где соискателю завязывают глаза, предмет заворачивают в черную ткань. В том месте церемонии, где соискатель приносит клятву, предмет «заряжают», используя для этого схожие формулировки. Для подготовки каждого орудия Маг должен тщательно продумать все частности конкретной операции.
Далее, Маг должен относиться к своим орудиям так же, как Бог относится к призывающему Его просителю. Он должен любить их, как отец — свое дитя, нежно заботиться о них, как жених — о невесте, а кроме того, испытывать к ним то особое чувство, которое питает к произведению своего искусства всякий творец.
Четко уяснив себе это, Маг без труда справится с ритуалом, причем не только с церемониальным освящением орудий как таковым, но и с подготовкой к нему — с тем процессом, который должен предварять эту церемонию. Например, чтобы изготовить Жезл, Маг срежет с дерева ветвь, очистит ее от листьев и сучьев, снимет кору, аккуратно подрежет концы и сровняет все наросты. Это — изгнание.
Затем он будет натирать заготовку освященным Маслом, пока она не станет гладкой, блестящей и золотистой. Затем он завернет ее в шелк подобающего цвета. Это — освящение.
Затем Маг возьмет Жезл и вообразит его той самой полой тростинкой, в которой Прометей принес на землю небесный огонь. Он будет представлять, как через эту тростинку проходит Священное Влияние. Тем самым, а также и другими способами он совершит посвящение; исполнив же это, он повторит весь вышеописанный процесс в форме искусной церемонии.
Рассмотрим еще один пример, совершенно иной, — с магическим Кругом. Прежде всего Маг изготовит киноварь из самостоятельно очищенных им ртути и серы. Эту чистую киноварь он смешает с освященным Маслом, а затем, работая с полученной краской, будет сосредоточенно и благочестиво размышлять о символах, которые чертит на полу. После этого Круг можно будет освятить, торжественно обойдя его и призывая начертанные в нем Имена Силы.
Если кто-то не сумеет придумать, как изготовить остальные необходимые предметы, едва ли из него выйдет хороший Маг; а мы лишь попусту потратим время, если примемся обсуждать во всех подробностях технику создания каждого инструмента.
Четкие указания по изготовлению Светильника и Четырех Элементальных Орудий даются в «Liber A vel Armorum» («Эквинокс», I, 4).